<-Atpakaļ

Šodien:

Aktualitātes

Pensionāri kļūst aizvien nabadzīgāki

"MK-Latvija" žurnālistes Olgas Kontuss intervija ar
LPF Pensiju komisijas vadītāju Jāni Felsbergu

Старинная латышская поговорка гласит: старый человек видит хоть и хуже, но больше. Есть и у нас сеньоры, которые разбираются в пенсионной политике не хуже министров, а порой и лучше. Член правления Латвийской федерации пенсионеров Янис Фелсбергс готов рассказывать о том, что неправильно сделало и продолжает делать государство. А «МК-Латвии» объясняет, что происходит, своим читателям. В том числе и политикам -- пусть учтут, что мы знаем все их уловки!

В Латвийскую федерацию пенсионеров я пришла как раз к завершению октябрьского собрания правления, чтобы узнать новости. Комната, где только что заседало правление, напомнила мне праздник урожая в школе. На столах пирожки, корзинки с яблоками, кабачками и тыквами, осенние листья и блестящие коричневые каштаны. Было что-то трогательное в этом стремлении пожилых людей сделать маленький праздник из обычных вещей. В такой душевной атмосфере они два часа дискутировали с председателем сеймовской комиссии по труду и социальным вопросам Айей Барчей. Правда госпоже Барче было не до пирожков -- тут только успевай уклоняться от вопросов, которыми забрасывают пенсионеры.

- Никто в Латвии нас не хочет выслушать, -- прокомментировал результат встречи Янис Фелсбергс. -- Никто не хочет нормально заниматься вопросом бедственного положения пенсионеров.

Для чего правительство создает рабочие группы

Ровно год назад в правительстве была создана рабочая группа по поиску решения, как помочь нищим старикам. Создана она была, как вы понимаете, под нажимом самих пенсионеров, созывающих сходки на набережной в Риге и пишущих письма и запросы в правительство и депутатам. Однако пенсионеры – это люди, которые жизнь прожили и многое повидали. Их красивой оберткой не обманешь.

- Вы же знаете, что рабочие группы создают тогда, когда ничего не хотят делать, -- усмехается Янис Фелсбергс. -- Умные люди из Сейма говорят: создали рабочую группу, чтобы критиков пенсионеров немного успокоить. В эту группу включены депутаты из всех фракций Сейма. Сразу надо сказать, что они очень редко там участвуют – и из позиции, и из оппозиции. Еще в этой группе числятся представители министерства благосостояния и министерства экономики, председатель комиссии по труду и социальным вопросам Айя Барча, председатель нашей федерации и депутат Андрис Силиньш, а также представители еще трех общественных организаций пенсионеров. Главной задачей было понять, как помочь людям, выработавшим большой трудовой стаж, но получающим меленькие пенсии.

Чтобы рабочая группа пришла к какому-то решению, надо от чего-то отталкиваться. Чтобы требовать повышения пенсий, надо показать, что они не дотягивают до какого-то уровня, позволяющего пенсионерам нормально жить.

И вот тут уместно спросить: «Маленькие пенсии – это, какие?»

Пенсионерам нужна потребительская корзина

Вы удивитесь, но в настоящий момент в Латвии этого не знает никто. Речь идет не об ощущениях пенсионеров, которые прочувствовали на себе, что на эти деньги трудно выжить. Речь об официальном понятии, когда пенсию можно считать маленькой.
- Мы недавно задали этот же вопрос на конференции пенсионных организаций Земгале, которая проходила в Скривери, -- говорит Янис Фелсбергс.— На ней помимо Айи Барчи присутствовала парламентский секретарь министерства благосостояния Карина Корне. Мы им задали вопрос: что Вы подразумеваете под малыми пенсиями?
- И что они вам ответил?
- Они притворялись, что не понимают вопроса.

Хотя тут и понимать нечего! Все лежит на поверхности. По 2013 год включительно в Латвии существовала такая величина, как прожиточный минимум. В 2013 году он равнялся 254 евро. Потом его ликвидировали и вместо него ничего не ввели.

Но даже в 2013 году общий прожиточный минимум, рассчитанный для всех жителей страны, не годился для пенсионеров.

- Мы с 2007 года говорим, что должна быть рассчитана потребительская корзина для пенсионеров. Причем корзин должно быть две – для одинокого пенсионера и для семьи пенсионеров, -- говорит Фелсбергс.

И свое требование наш собеседник готов обосновать. Центральное статистическое управление ежегодно обобщает информацию о расходах разных групп жителей Латвии. Например, на какие нужды и сколько денег тратят одинокие молодые люди, семьи без детей, семьи с одним ребенком, неполная семья с ребенком, семья с двумя детьми, одинокий пенсионер, семья пенсионеров, инвалид и так далее. Эта информация не секретная, только интересуются этим далеко не все, кого она касается. Вот депутаты не знают, например, какие расходы у стариков. А Янис Фелсбергс за этим очень внимательно следит.

И действительно, расходы пенсионеров очень отличаются от расходов других групп жителей. Поэтому во всех развитых странах, они учитываются отдельно. Например, в Бельгии есть 29 потребительских корзин, чтобы знать, сколько примерно требуется помощи каждому человеку из разных категорий жителей. В Дании – 21 корзина. У нас отменили вообще!

- Это сделано для того чтобы мы, пенсионеры, и другие, кто живет за счет социальных пособий, не видели, как бедно мы живем, -- усмехается Янис Фелсберг.

Но у нашего собеседника есть таблица, где ЦСУ сравнивает, какой процент от доходов человека составляют те или иные его расходы. Так вот, среднестатистический пенсионер тратит на продукты питания 35,6% своего дохода. А работающий человек – 26,5%. Это не потому, что работающие люди меньше едят. Это расходы в процентах относительно дохода. А у работающего человека доход больше. Из этой таблицы следует, что если растут цены на продовольствие, работающие меньше это почувствуют, чем пенсионеры.

Вторая значимая статья расходов пенсионеров – на лекарства и лечение. У работающего человека эти расходы составляют всего 4,8% от его дохода. А у пожилого сеньора – 12,3%. И получается, что если повышаются цены на лекарства или квот не дают на лечение и приходится лечиться за полную плату, то у пенсионеров в их доходе образуется огромная брешь.

Причем, это цифры за 2012 год. А за прошедшее с того момента время зарплата выросла значительнее, чем пенсии. Поэтому разрыв в расходах работающих и пенсионеров стал еще больше. Вот для того и нужна потребительская корзина пенсионеров, чтобы было с чем сравнить и увидеть, насколько пенсия человека отличается от его реальных нужд.

Сколько времени нужно, чтобы рассчитать прожиточный минимум?

В 2015 году еврокомиссия специально обучала представителей министерства благосостояния всех стран, членов ЕС, как рассчитывать потребительские корзины по одинаковой для всего Евросоюза методике. До сих пор у нас ничего не рассчитано.

Это только списанные английские бронетранспортеры у нас покупаются быстро. А потребительские корзины по европейской методике посчитать – дело долгое. В данный момент в Латвии все еще разрабатывается методика, по которой их будут считать. Так что результат будет не раньше конца следующего года.

Кстати, резолюцию того летнего слета в Скривери с вопросом: «С чем сравнивать малые пенсии?», пенсионеры Земгале послали в министерство благосостояния. И получили стандартный ответ, что работа ведется.

- Но рассчитает ли министерство отдельно потребительскую корзину для пенсионеров, а еще лучше две корзины (для одного и для семьи пенсионеров), мы пока не знаем, -- констатирует Янис Фелсбергс. – Вот мы и боремся с Айей Барчей, чтобы это было.
- А Айя Барча за или против?
- Она притворяется, что она не понимает, что это такое. 15 декабря 2014 года, как раз после выборов в Сейм, мы вместе с Андрисом Силиньшем были на заседании социально-трудовой комиссии. В тот раз должен был рассматриваться вопрос именно по потребительской корзине. Но на заседание не явились депутаты. Зато были представители из министерства. Мы целых два часа беседовали о том же, о чем мы сейчас с вами говорим.
- Я через пять минут поняла, о чем речь.
- А они делали вид, что не понимают. А поскольку кворума не было, никакого решения не приняли. Но мы могли очередной раз объяснить непонимающим чиновникам, для чего эта корзина нужна, что без этой корзины мы не можем доказать, что мы нищие.

Австрийский опыт на вооружение!

А пока сравнивать не с чем, рабочая группа склоняется к тому, что все пенсии надо продолжать индексировать одинаково.

Вот только при умножении разных пенсий на один и тот же индекс (в 2016 году это 1,0186) результат получается разным. К примеру, те, у кого 150 евро, при индексации получат 152 евро, а те, у кого пенсия 300 евро, при индексации получат 306 евро. Разница между этими пенсиями увеличится на 4 евро. Те, у кого пенсия маленькая, станут еще беднее относительно тех пенсионеров, у кого пенсия выше.

Кстати, это уже давно поняли в Австрии. У них вначале пенсии индексировались по такому же принципу, как у нас. Но потом они решили восстановить социальную справедливость. И предложили взять за основу потребительскую корзину пенсионеров за предыдущий год, в которой нет никаких излишеств, а только расходы на обеспечение основных потребностей (конечно, по их понятиям). Поэтому с 2008 года в Австрии ввели такое положение, что они добавляют к пенсии столько, на сколько подорожала эта корзина за год. Например, стала корзина за год дороже на пятнадцать евро – всем пенсионерам добавляют по пятнадцать евро к пенсии, чтобы они не стали беднее. Справедливо? Очевидно, что да.

Федерация пенсионеров ЛР еще в 2013 году выступила с предложением и нам взять на вооружение эту же модель. Чтобы не было так, что корзина расходов пенсионеров увеличилась на 10 евро, а ему после индексации добавили всего 4 евро и он теперь должен меньше есть. Поэтому и добиваются уже 7 лет, чтобы миниблаг рассчитал потребительскую корзину для пожилых.

У минблага свое видение

Вернемся к тому, с чего мы начали статью. При правительстве была создана рабочая группа, чтобы решить, как увеличить маленькие пенсии.

Уже известно, что в 2017 году все пенсии будут индексироваться не размере 25% от прироста средней зарплаты в стране (как было до сих пор), а в размере 50%.

Сейчас минблаг по просьбе пенсионеров разработал свои варианты, как увеличь низкие пенсии. Он предлагает учесть страховой (трудовой) стаж. То есть, с 2017 года индексировать пенсии по старости с применением :
- 60% от прироста зарплаты в стране для людей, чей стаж составляет от 30 до 39 лет,
- 70% -- если страховой стаж человека 40 лет и больше,
- 50% -- всем остальным пенсиям,
- 60% -- применять также к пенсиям по старости, которые назначены людям, работавшим во вредных и тяжелых или особо вредных и особо тяжелых условиях.

Однако, как выше уже объяснял Янис Фелсбергс, повышенный индекс пусть даже до 70% для людей с большим стажем практически ничего не добавляет к маленьким пенсиям. Разрыв между маленькими и более высокими пенсиями после такой индексации становится еще шире.

- Я так привык, что перед любой рабочей группой сперва ставится задача, -- рассуждает Янис Фелсберг. – Потом ее ставят в известность, что решила политическая верхушка. Например, плитики должны были сказать: мы хотим, чтобы у всех пенсии были не ниже хотя бы прожиточного минимума на 2013 год, то есть, не менее 250 евро. Тогда участники группы сидел бы и думали, как этого достичь для тех, у кого маленькая пенсия и большой стаж, и как -- для тех, у кого стаж средний. Получается работа с разными коэффициентами. Сейчас у нас наоборот все получается. Мы работаем с такими коэффициентами, которые не дают неимущим пенсионерам никакой перспективы, что у них намного увеличится пенсия. Но и то, что предлагает сейчас министерство благосостояния, мы обсуждаем без политиков. Они-то на эту рабочую группу не приходят.

Самоуправления против пенсии без налога

Есть еще один вопрос, требующий поддержки властей. Это народная инициатива «Пенсия без налога», за которую в очень короткий срок было собрано 10320 подписей граждан Латвии. Эти подписи вместе с описанием самой инициативы были переданы в Сейм.

- Читатели нам пишут, что они очень надеются, что Сейм примет нужное решение, и пенсии не будут облагать подоходным налогом. У вас сегодня был разговор с Айей Барчей на эту тему? – интересуюсь я у собеседника.
- Был, -- подтверждает Янис Фелсбергс. – Айя Барча назвала причину, почему это не пройдет. Потому что подоходный налог с населения идет в общий бюджет государства. Если отменить налогообложение пенсий, то в бюджет не поступит 85 миллионов евро в год.

То есть, вы поняли? Из социального бюджета платится пенсия пожилым людям. А потом 85 миллионов евро из этих денег возвращаются не в социальный бюджет, а в общий бюджет государства. Далее деньги от подоходного налога с населения делятся между самоуправлениями и государством – 80% идет в бюджеты самоуправлений, 20% остается в бюджете государства.

Самоуправления получают из этих 85 «пенсионерских» миллионов примерно 65 миллионов, и ни за что не хотят отказаться от этих денег. Они говорят государству, что если перестанете облагать пенсии налогом, тогда деньги, полученные от подоходного налога с остального населения, будем распределять по-другому – нам 82%, а вам 18%. Государство умерить свои аппетиты тоже не желает.

- А я и говорю сегодня на заседании: как же так, Айя Барча, вы ведь сами представляете Объединение Зеленых и крестьян, представители которого сейчас заседают в половине всех самоуправлений, -- сетует Янис Фелсбергс, -- В ответ она засобиралась и ушла. Но сказала, что в самоуправлениях сидят разные люди. Один хочет, чтобы его второй раз выбрали, дорогу построить, другой – что-то еще организовать. Их пенсионеры не очень-то волнуют, им нужны деньги на другие проекты.

Почему у них такие маленькие пенсии

Нынешние 35-летние министры и депутаты, которые в 90-х годах были еще детьми, вполне возможно, искренне считают, что старики сами виноваты, что у них маленькие пенсии. Ведь смогли же, кто в период с 1996 по 1999 год платили большие взносы социального страхования (тогда это называлось соцналог), сделать себе хорошую пенсию!

Но мы-то с вами помним, кто в 90-е годы реально мог платить большой соцналог. Это были чиновники, которым зарплату и налоги честно начисляло государство. Это были банкиры и руководители предприятий. А крестьяне, рабочие, наемные работники были брошены в бурное море дикого капитализма. Заводы и фабрики закрывались – и люди, отдавшие большую часть жизни родному предприятию, оказывались на улице. Инженеры и мастера искали любой способ выжить, становились за прилавок на рынке, ездили челноками в Китай и так далее. О каких взносах социального страхования они могли позаботиться?

А тем, кто ушел на пенсию до 1996 года, и вовсе ее начисляли по старому закону, не учитывавшему никаких реалий нашей сегодняшней жизни.

- В советское время зарплату начисляли в размере всего 20% от стоимости произведенного продукта. Но зарплаты были маленькими потому, что остальная часть шла в общий котел, в том числе и на благосостояние всего населения. За квартиру мало платили, за электричество – мало, медицина была бесплатная. Но начисленные с этих небольших зарплат пенсии, в новых экономических условиях, когда надо платить буквально за все, ввергли пожилых людей нищету, -- говорит член правления Латвийской федерации пенсионеров Янис Феслсбергс. -- Потом провели реформу 1996 года и ввели новую пенсионную систему, которая нормально может функционировать в нормальных экономических условиях. А у нас в 1996 году половина населения вообще не мгла законно работать. Вот, к примеру, была в Риге льняная фабрика, они получали зарплату продукцией, ходили по конторам и продавали текстиль. Такие факты нельзя было не читывать! Ведь в результате сегодня столько бедных пенсионеров. Есть много вариантов, как в Европе пенсии определяют. В тот момент надо было другой принцип разработать.

К слову, в Латвии на октябрь 2015 года насчитывалось 12 642 человек, которые вышли на пенсию после пенсионной реформы и чей страховой стаж получился менее 20 лет (в среднем он составляет около 15 лет). Их средняя пенсия едва дотягивает до 112 евро. Всего пенсию меньше 150 евро (без доплаты) получали 35 545 сеньоров.

Пенсию в пределах от 150 до 250 евро (то есть меньше прожиточного минимума 2013 года) получали 257 796 человек. Из них 130 863 человека – это те люди, кто вышел на пенсию по старому закону при среднем стаже в 36 лет.

Paldies "MK-Latvija" žurnālistei Olgai Kontuss par atļauju publicēt interviju ar Jāni Felsbergu!